"Искусство Pussy Riot заставило Путина показать свое настоящее лицо"

Коллектив Pussy Riot стал жертвой еще ленинских заветов, согласно которым любое неудобное власти поведение трактуется как хулиганство, пишет автор, а его название стало вызовом российскому патриархальному, жесткому и "мужскому" обществу. Владимиру Путину стыдно переводить его на русский язык. Но почему тогда российскому президенту не стыдно называть белые ленточки, которые носит оппозиция, "контрацептивами"? - вопрошает автор статьи.

"Панк-молебен", по мнению автора, был вполне обдуманной акцией, а ее девиз "Богородица, Путина прогони" прозвучал в правильном месте и в правильное время. "Эти слова выразили то, чего жаждут многие в стране - освобождения России от коррупции и консорциума "Газпром-Путин", превращение страны в правовую демократию, - продолжает Вернер Шульц. - Ведь не случайно в России испокон веков для борьбы со злом и нечистью просят заступничества именно у Богородицы". Очевидно, участницы панк-группы, превращенные в глазах россиян стараниями государственного телевидения в "одержимых ведьм и шлюшек-извращенок", разбираются в Евангелии намного лучше, чем большая часть тех, кто его проповедует, говорится в публикации.

"Да и с местом проведения Pussy Riot тоже угадали, - считает политик. - Дело в том, что они выступали против слияния церкви и государства, а Храм Христа Спасителя, взорванный когда-то по приказу Иосифа Сталина и восстановленный впоследствии циничными чекистами, вдруг ставшими супернабожными, является, между прочим, "домашней церковью" российского патриарха и российского "царя" Путина, в которой и проходило его "помазание на царство". И как раз с алтаря этого храма патриарх Кирилл, говоря о божественной миссии Путина, призывал свою паству голосовать за него.

Именно по этим причинам повторившие судьбу многих диссидентов и правозащитников участницы панк-группы, которые выступили против появления в стране "автократии, приправленной православием" со святошами-лицемерами, достойны награждения немецкой премией имени Мартина Лютера "Бесстрашное слово", подытоживает автор.

Источник: Die Welt